Читаем без скачивания 99942 [СИ] - Алексей Жарков

"Антихрист (The Beast).

8 июня 2014 года рядом с Землёй прошёл крупный астероид, именованный как Антихрист. Объект не представлял опасности для планеты, но смущала вре?менная близость – астероид пролетел на расстоянии одного миллиона километров "с хвостиком" (три средних расстояния от Земли до Луны).

Но ещё больше смущало и настораживало другое. Каменное тело такого размера (для справки: челябинский астероид, взорвавшийся над городом в феврале 2013 года, был как минимум в 10 раз меньшей массы и размеров) учёные заметили лишь 23 апреля 2014 года, то есть за полтора месяца до максимального сближения. Нужны ли другие доказательства, что Земле постоянно угрожает потенциальная опасность столкновения с большим космическим телом…"

"Так и с любовью, – подумал Максим. – Не замечаешь, пока она не окажется рядом, испугает близостью и начнёт неотвратимо удаляться. Как быть со столь неожиданными сюрпризами? Радоваться или опасаться? Наверное, просто жить… В любом случае, ты бессилен".

Он посмотрел на обклеенную моргающими рекламками дверь, по правую сторону от которой громоздился мусорный контейнер, обвёл взглядом подъездную дорожку, покосился на лежащий на коленях светящийся лист.

В детстве он часто открывал книги на случайных страницах (часто книги, на минутку одолженные у магазинной полки), тыкал наугад пальцем – и пытался интерпретировать фразу, предложение. Похоже, сегодня читалка подарила ему схожую игру – попытка найти ответ в чём угодно, поиск символа, слова.

Он вернулся мыслями к небесным глыбам, зачем-то вторгшимся в его жизнь. С кем он мог поговорить о метеоритах и астероидах? С Пономарёвым, с Важником, со Стасом Улыбкой? Вряд ли… Эти стремились лишь к звёздам, которые можно было привинтить на погоны.

С Машей? Быть может. Но её больше интересовала его работа, разные забавные случаи. Он закрыл глаза и улыбнулся.

Окна квартиры на третьем этаже застилала металлическая пелена. Максим какое-то время сверлил жалюзи взглядом, а потом вернулся к привычной подъездной двери, в тот момент, когда она полностью закрылась милостью доводчика.

По ступенькам спускался мужчина.

Пеликан.

6

Он узнал его сразу: щёлк! Он! С виду простой мужик, вяловатый, словно только-только из баньки, и даже нос-клюв не сразу бросается в глаза, но… сомнений никаких.

Перед ним Пеликан, по паспорту Кулик Степан Семёнович. Человек, найденный мёртвым у кабинета Булгарина ("Грудная клетка не упругая при сдавливании, проминается… странно…" – слова судмедэксперта). Убийца, стрелявший в Казанцева в Сколково (теперь Максим в этом был уверен). Сволочь, всадившая в него – Максима – две пули в "Склифе"…

Сдвинувшееся с мёртвой точки расследование – даже не сдвинувшееся, а сбитое тяжёлым ударом – окутало голову Максима комой. Приблизило к ослепляющему перигелию. Вскружило и затуманило невидимым гало.

На несколько секунд. Большего расточительства он не мог себе позволить. Потому что при кажущейся медлительности Пеликан почти молниеносно перемещался из одной ключевой точки в другую, словно срезал не только острые углы, но и ненужное пространство.

Вот он сходит по лестнице, а вот уже садится в чёрный "Рено", припаркованный через несколько машин от "Форда" Максима, и следователь будит свой старенький бензиновый двигатель. А вот уже притормаживает на углу дома, пропуская велосипедистов.

Максим включил передачу и убрал ногу с тормоза. Прокатившись по подъездной дорожке вокруг жилой двадцатиэтажки, свернул за автобусной остановкой направо, проехал мимо спуска в метро, ветка которого дотянулась-таки до Солнцево, и упал Пеликану на хвост.

Стационарное наблюдение превратилось в мобильное.

Не упуская чёрный "Рено" из виду, Максим думал о том, что машина Пеликана лучше подходит для слежки, чем его "Форд". Никаких излишеств и украшений (игрушек, эмблем, наклеек), которые бросались бы в глаза. Не маленькая и не большая. Не идеально чистая, но и не возмутительно грязная. Без пятен шпаклёвки и больших антенн. И, разумеется, "правильного" цвета, игнорирующего моду и яркость. А что его "Форд"? Похоже, единственный бензиновый динозавр на всю улицу, забудешь не сразу.

Дюзов мысленно обругал себя за такой просчёт.

На светофоре он щёлкнул номерной знак "Рено" на сотовый.

"Куда наш птенчик собрался?"

Максим держался слева от полосы движения "Рено" Пеликана, пропустив вперёд две другие машины. Для грамотной слежки не помешал бы ещё один автомобиль, следующий по параллельным улицам и фиксирующий объект наблюдения через перекрёстки, с которым Дюзов мог бы время от времени меняться местами. Но на помощь рассчитывать не приходилось.

"Если упущу, надо будет озаботиться маячком. Адрес и машину знаю, есть с чем работать".

Теперь да. В руках Максима появилась ниточка, которая с большо?й долей вероятности распутывалась не в пустоту, как ниточка Лопухова. Дюзов догадывался, что Кир Хромович каким-то образом был причастен к работе по загадочному проекту "Воронка", в котором участвовал профессор Булгарин, и поэтому попал в "список неугодных" наряду с рехнувшимися политиками. Лопухову повезло больше остальных – он продолжал дышать, схоронившись на территории жилого комплекса, имеющего собственную мощную охрану. На работу не ходил, с коллегами не общался. Это Максим вытянул из телефонного разговора с Мариутой Аргентиновной Симонян, руководителем кафедры прикладной физики в ИИКМ. Затворнический образ жизни Кира Хромовича также косвенно подтвердили на ресепшене жилого комплекса.

Стараясь не светить слежку, Максим не ёрзал без необходимости с полосы на полосу и не высовывался из-за прикрывающих машин. Второго шанса сегодня не будет. Поменять он сможет лишь цвет куртки (вывернув её на изнанку), но никак не транспорт.

К лобовому стеклу липли капельки ленивого дождя. Потом – полило, усилилось. Мёртвые асфальтированные пейзажи напитывались влагой. По левой стороне медленно тянулся забор старого кладбища – стали в пробку. Запах свежих мандаринов в салоне окреп, словно просясь в настойку.

Через полчаса Максим свернул с главной улицы, проехал за "Рено" и притормозил у обочины напротив небольшого торгового центра "Солнечный".

Пеликан заехал под козырёк парковки, куда не добивал дождь, покопался пару секунд в салоне и вышел. Максим проводил его взглядом до автоматических стеклянных дверей.

Дождь почти закончился, а проклюнувшиеся сквозь тучи солнечные лучи падали на дверь под предательским углом – визуальный контакт через стекло отпадал.

Что ж, у него был ориентир – машина Пеликана. А сопровождать убийцу по зданию не имело смысла. Максим достал телефон и сохранил на карте новую точку. Вторую в списке закреплённых за Пеликаном.

ДОМ

МАГАЗИН 1

Он положил сотовый на пассажирское сидение, выудил из пакета половинку очищенного мандарина и кинул в рот. Радио не включал – отвлекает. Барабаня пальцами по рулю, следил за центральным входом и невзрачным "Рено" на закрытой от неба парковке.

Справа от дверей торгового центра просил милостыню парень в инвалидной коляске. Максим заметил его не сразу, тот сидел неподвижно, опустив голову, обхватив руками картонную коробку, устроившуюся на шишковатых коленях. Ноги калеки были грязными и атрофировано-худыми, ненужной вещью, от которой не можешь избавиться.

При виде оборванца на Максима накатило едкое чувство вины. Воспоминания о парне, которого он сделал увечным, приковал неточным выстрелом к металлической конструкции с колёсиками, – они напоминали попытку нашарить скрепку на дне ящика с битым стеклом.

Продолжая смотреть на попрошайку у входа, Максим взял телефон и "погулял" пальцами по карте. Какая-то женщина послала ребёнка кинуть в коробку мелочь. Калека даже не поднял голову. Допотопная коляска, похоже, не имела иного привода, кроме "ручного". А ведь с открытием телеэнергии и повсеместным её применением появились всевозможные экзоскелеты для инвалидов, коляски и протезы с джоуль-агентами… только плати.

"В этом-то вся и загвоздка… как всегда…"

Максим опустил взгляд и стал листать список контактов. Когда он в последний раз звонил тому, у кого отнял ноги и большинство из надежд? Два года назад? Три?

Нервничая, он расстегнул куртку, глянул на вертикально расположенный в кобуре пистолет (чёртова кнопка-застёжка уже умудрилась поцарапать рукоятку "Макарова"), на новенькие лямочные крепления… вспомнил, как их инструктировали в управлении: "При вкладывании оружия в кобуру убедитесь, что пистолет на предохранителе. Потому что ствол развёрнут на себя – можно прострелить плечо или грудь…"

Максим вернулся к сотовому, нашёл нужный номер, выбрал и поднёс палец к зелёному значку поднятой трубки. Попытался настроиться, продумать начало разговора, но на ум приходили одни банальности. Поэтому он нажал "вызов", пустил по невидимым каналам проснувшееся чувство вины – и поднял взгляд, словно прося у улицы помощи. И увидел.